Неточные совпадения
— Прошу прощенья! я, кажется, вас побеспокоил. Пожалуйте, садитесь сюда! Прошу! — Здесь он усадил его в
кресла с некоторою даже ловкостию, как такой медведь, который уже побывал в руках, умеет и перевертываться, и делать разные штуки
на вопросы: «А
покажи, Миша, как бабы парятся» или: «А как, Миша, малые ребята горох крадут?»
— Ты вот садись
на кресло и читай вслух по порядку, а я влезу
на лестницу и буду тебе
показывать книги. Они все по нумерам… — говорил Леонтий.
Когда он услышал о Павлищеве и Иван Федорович подвел и
показал его снова Ивану Петровичу, он пересел ближе к столу и прямо попал
на кресло подле огромной, прекрасной китайской вазы, стоявшей
на пьедестале, почти рядом с его локтем, чуть-чуть позади.
— Это ничего! Садитесь, голубчик, — полуфатски
показал он мне
на кресло, и сам сел напротив. — Перейдем к главному: видите, мой милый Алексей Макарович…
Когда она воротилась и я рассказал ей обо всем случившемся и обо всем, слышанном мною от няни, она очень рассердилась: приказала отпереть дедушкин кабинет, ввела меня туда, дрожащего от страха, насильно и
показала, что там никого нет и что
на креслах висело какое-то белье.
Он снова стал бродить по комнатам. Он останавливался перед роялем, перед диванами, перед
креслами, припоминал, когда она играла последний раз, где и как сидела. Он вдыхал воздух ее комнаты. Он проник в ее будуар, аромат ее духов охватил его, он тяжело дышал, казалось, упиваясь ее дыханием. Часы
на камине
показывали без четверти двенадцать.
Человек лет тридцати, прилично и просто одетый, вошел, учтиво кланяясь хозяину. Он был строен, худощав, и в лице его как-то странно соединялись добродушный взгляд с насмешливыми губами, выражение порядочного человека с выражением баловня, следы долгих и скорбных дум с следами страстей, которые, кажется, не обуздывались. Председатель, не теряя чувства своей доблести, приподнялся с
кресел и
показывал, стоя
на одном месте, вид, будто он идет навстречу.
Екатерина Петровна приветливым жестом
показала графине
на кресло.
— А вот он, — отвечал Абреев,
показывая головой
на стоявшего в первом ряду
кресел военного.
— А-а! — приподнялся Кармазинов с дивана, утираясь салфеткой, и с видом чистейшей радости полез лобызаться — характерная привычка русских людей, если они слишком уж знамениты. Но Петр Степанович помнил по бывшему уже опыту, что он лобызаться-то лезет, а сам подставляет щеку, и потому сделал
на сей раз то же самое; обе щеки встретились. Кармазинов, не
показывая виду, что заметил это, уселся
на диван и с приятностию указал Петру Степановичу
на кресло против себя, в котором тот и развалился.
Здесь имеется в виду его известная гравюра с картины итальянского художника Рафаэля Санти (1483—1520) «Преображение».] и, наконец, масляная женская головка, весьма двусмысленной работы, но зато совсем уж с томными и закатившимися глазами, стояли просто без рамок, примкнутыми
на креслах; словом, все
показывало учено-художественный беспорядок, как бы свидетельствовавший о громадности материалов, из которых потом вырабатывались разные рубрики журнала.
Вице-губернатор,
показав ему головой, что он может уйти, опустился в
кресло и глубоко задумался: видно, и ему нелегок пришелся настоящий его пост, особенно в последнее время: седины
на висках распространились по всей уж голове; взгляд был какой-то растерянный, руки опущены; словом, перед вами был человек как бы совсем нравственно разбитый…
Казимира, не ожидавшая такого оборота дела,
на мгновение смешалась, но тотчас же смело вскинула голову и бойко пошла за Глафирой. Та села у фортепиано и
показала гостье
на кресло против себя.
— Сядьте! — грустно проговорила она,
показывая ему
на кресла, в которых, четверть часа тому, покоился князь.
— Здравствуйте, граф, садитесь и рассказывайте! — говорила она голосом, исполненным любопытства, и
показывая ему
на кресло возле себя.
А это что за урод? — спросил Шлиппенбах Фюренгофа
на ухо,
показывая огромным перстом
на Зибенбюргера, небрежно раскинувшегося в
креслах.
— Добро пожаловать, господин обер-кригскомиссар, — произнес важно и ласково фельдмаршал, обратившись к вошедшему с сыном его; махнул рукою последнему, чтоб он удалился, а гостю
показал другою место
на складных
креслах, неподалеку от себя и подле стола. — Вести от вашего приятеля! Адрес
на ваше имя, — продолжал он, подавая Паткулю сверток бумаг, полученный через маленького вестника.
Книгохранилище замка Дукс, в Богемии. Темный, мрачный покой. Вечный сон нескольких тысяч книг. Единственное огромное
кресло с перекинутым через него дорожным плащом. Две свечи по сторонам настольного Ариоста зажжены только для того, чтобы
показать — во всей огромности — мрак. Красный, в ледяной пустыне, островок камина. Не осветить и не согреть.
На полу, в дальнедорожном разгроме: рукописи, письма, отрепья. Чемодан, извергнув, ждет.
Не подымаясь с
кресла, она лениво протянула Ивану Николаевичу руку, причем свисший вниз рукав открыл круглое, полное плечо с белой оспинкой, и голубые жилки
на внутреннем сгибе локтя, и темную хорошенькую родинку немного повыше. Анна Георгиевна (она требовала почему-то, чтобы ее называли не Анной, а Ниной) знала цену своим рукам и любила их
показывать.
Замечательного ничего не происходило, кроме того, что Загоскин,
показывая Гоголю свои раскидные
кресла, так прищемил мне обе руки пружинами, что я закричал; а Загоскин оторопел и не вдруг освободил меня из моего тяжкого положения, в котором я был похож
на растянутого для пытки человека.
Князь Янтарный(немного привставая с своего
кресла и прижимая вместе с наклонением головы руку к сердцу). Pardon, madame, что я являюсь к вам в этой ливрее нашей, — но я приехал к вам почти официально, чтобы бесконечно благодарить вас за ваше доброе участие, которое, как вот Дмитрий Дмитрич (
показывает на Мямлина) передавал мне, вы принимали в определении моем
на место господина Вуланда.